2.2. Организация монархической власти. Период расцвета монархии — это рубеж Нового времени. Именно тогда проявилось отличие Особая разновидность монархии – выборная, сочетающая элементы монархии и республики. Выборная монархия была в Византии.

Содержание

13 TOC \o "1-3" \h \z \u 1413 LINK \l "_Toc291155535" 14Введение 13 PAGEREF _Toc291155535 \h 1431515
13 LINK \l "_Toc291155536" 14Глава 1. Понятие, историческое развитие и виды правления 13 PAGEREF _Toc291155536 \h 1461515
13 LINK \l "_Toc291155537" 141.1. Становление и развитие форм правление 13 PAGEREF _Toc291155537 \h 1461515
13 LINK \l "_Toc291155538" 141.2. Понятие, сущность и виды форм правление 13 PAGEREF _Toc291155538 \h 14171515
13 LINK \l "_Toc291155539" 14Глава 2. Общая характеристика монархии 13 PAGEREF _Toc291155539 \h 14221515
13 LINK \l "_Toc291155540" 142.1. Понятие, история и характерные черты монархии 13 PAGEREF _Toc291155540 \h 14221515
13 LINK \l "_Toc291155541" 142.2. Организация монархической власти 13 PAGEREF _Toc291155541 \h 14321515
13 LINK \l "_Toc291155542" 142.3. Преимущества и недостатки монархии 13 PAGEREF _Toc291155542 \h 14431515
13 LINK \l "_Toc291155543" 14Глава 3. Виды монархического правления 13 PAGEREF _Toc291155543 \h 14481515
13 LINK \l "_Toc291155544" 143.1. Историческая классификация разновидностей монархии 13 PAGEREF _Toc291155544 \h 14481515
13 LINK \l "_Toc291155545" 143.2. Монархия в современном мире 13 PAGEREF _Toc291155545 \h 14591515
13 LINK \l "_Toc291155546" 14Заключение 13 PAGEREF _Toc291155546 \h 14781515
13 LINK \l "_Toc291155547" 14Список литературы 13 PAGEREF _Toc291155547 \h 14811515
15
В соответствии с выделенными проблемами, можно обозначить объект дипломного исследования – это монархии, как формы правления, рассмотренные на современном этапе их развития. Предметом дипломного исследования являются особенности, характерные для монархической формы правления.
Исходя из вышеизложенного, цель данной дипломной работы – рассмотреть монархическую форму правления, выделить классификации монархии, выделить понятие и признаки. Для этого необходимо решить ряд задач:
13 LINK \l "_Toc291155537" 14- рассмотреть становление и развитие форм правление,15
- определить 13 LINK \l "_Toc291155538" 14понятие, сущность и виды форм правление,15
13 LINK \l "_Toc291155540" 14- исследовать понятие, история и характерные черты монархии,15
13 LINK \l "_Toc291155541" 14- изучить организацию монархической власти,15
13 LINK \l "_Toc291155542" 14- рассмотреть преимущества и недостатки монархии,15
13 LINK \l "_Toc291155544" 14- изучить историческую классификацию разновидностей монархии,15
13 LINK \l "_Toc291155545" 14- определить особенности монархии в современном мире.15
При исследовании данной проблемы использовались методы:
формально-юридический, для понимания работы монархического аппарата именно с юридической точки зрения;
сравнительно-исторический, для проведения черты между современностью и историей и понимания значимости изучения монархий на современном этапе для исторической дисциплины;
сравнительно-правовой, для выделения общих закономерностей правового развития монархий;
метод системного анализа, для изучения монархии как системного элемента современного мирового сообщества;
формально-логический, для изучения действия монархического аппарата в соответствии с законами формальной логики;
психологический, для понимания монархического правосознания, как такового.
Глава 2. Общая характеристика монархии
2.1. Понятие, история и характерные черты монархии


Монархическая форма правления – «власть одного, единовластие» – очень древняя форма правления. Она впервые зародилась в раннеклассовых обществах, государственную власть в которых захватывали военачальники, представители разросшихся семейных или соседских общин, предводители дружин, главы династий, руководители храмов, жрецы, организаторы тех или иных социальных классовых движений.
Исторически доказано, что объективно могут существовать две формы правления - монархия и республика, поскольку лишь в них сложились такие особенности, которые могут быть только в этой форме правления. Это означает, что как монархия, так и республика заслуживают тщательного научного исследования. К сожалению, сегодня отечественная наука в лице многих авторов следует точке зрения советских ученых, признавая, что «институт монархии утратил свое значение».
Эта точка зрения является выводом о том, что в буржуазных странах глава государства как таковой «оказывает очень небольшое влияние на ход государственных дел». Как вчера, так и сегодня авторы говорят о крайне негативном влиянии монархии на общественное развитие, фактически сводят ее к республиканской, анализируют лишь конституционные акты, порой содержащие «непонятные» нормы.
Однако сами монархические государства, опыт их развития, современное положение дел доказывают обратное. Там монархи, не принимая заметного участия в политической жизни общества, играют существенную роль в принятии государственных решений. Значит, монархия - это нечто большее, чем просто упоминание формы правления в конституции, значит, анализировать необходимо и фактические обстоятельства, вытекающие из закрепляемой в основном законе формы правления. К сожалению, этого в современной отечественной науке практически не делается, что и составляет проблему исследования монархии. В условиях демократизации и начала дискуссии о замене формы правления в России необходимо показать все черты монархии, изучая в совокупности с идеями монархизма. Тогда исследование приобретает совершенно новый вид, где заметны рычаги влияния монарха на общество и государство, даже при отсутствии конституционных полномочий в основном законе.
Идеи монархии и монархизма позволяют утверждать, что анализируемая форма правления представляет собой цепь политико-правовых следствий. Установления формы правления, которая должна быть регламентирована в первую очередь основным законом, поскольку он конституирует государство, достаточно, чтобы утверждать о существовании всех ее следствий в полном объеме. Поэтому вовсе не обязательно их закреплять, но часто так делается. Это нужно, чтобы подчеркнуть их важность, но не является основанием, чтобы рассуждать об упразднении какого-либо следствия, его части. Представим их.
Монархия закрепляется в основном и особом законе путем определения формы правления, ее вида. Например, в Конституции Испании в ч. 3 ст. 1 говорится: «...формой Испанского государства является парламентарная монархия».
Форма правления всегда закрепляется в основном законе (может закрепляться и в особом) в названии и (или) тексте, прямо или простым упоминанием и даже может входить в различные словосочетания, чего явно достаточно, словами «корона», «престол», «королевство» («империя», «княжество» и т.п., что зависит от упомянутого в основном и особом законе главного звания монарха; в английском языке это можно охватить одним словом - realm). Все эти термины (один из них или несколько), включая само понятие «монархия», могут закрепляться либо как-то упоминаться как в официальном названии государства, которое должно содержаться в основном и особом законе, так и отдельно в тексте основного и особого закона. Кроме того, основной закон может закреплять и вид монархии. Уникален в этом отношении пример Дании, который к тому же дает определение конституционной монархии (п. 2 и 3). Когда вид монархии не закрепляется, его можно определить по способам осуществления государственной власти. Рассмотрим это на примере Конституции Норвегии.
Параграф 1 устанавливает для Норвегии ограниченную монархию. Параграф 3 декларирует, что исполнительная власть принадлежит монарху, из параграфа 30 (право короля принимать решения по своему усмотрению) следует, что он осуществляет ее единолично. Раздел «C» говорит о том, что законодательная власть осуществляется стортингом. Отсюда следует, что Норвегия - конституционная монархия. Соответственно этому виду пропорционально формируются прерогативы Норвежской королевской власти, часть из которых установлена Конституцией, в том числе и необычной нормой параграфа 19 о том, чтобы король следил за тем, чтобы «использование знаков королевской власти осуществлялось согласно предписаниям стортинга и с наибольшей пользой для общества».
Монархическая форма правления устанавливает и охватывает все государство, включая его государственные образования, в том числе автономии, зависимые и заморские территории, субъекты федерации. Поскольку форма правления характерна для всего государства, то она и ее следствия едины для всего государства. Не могут признаваться таковыми фактически существующие (в большинстве случаев - самопровозглашенные монархии, так называемое вождество - англ. chiefdom) в данной форме правления другие монархии. Соответственно, не может быть и отдельных следствий монархии, они едины.
При присоединении республиканского или монархического государства или части их территории на ней прекращается существующая форма правления вместе с ее следствиями и распространяется монархическая форма правления со своими следствиями. При присоединении части территории монархического государства монарх, отчуждающий территорию, сохраняет монархию и ее следствия на оставшуюся часть государства. При присоединении всего монархического государства, которое становится частью присоединяющего, оно может получить статус государственного образования. В этом случае монарх присоединяемого государства утрачивает монархию, которая прекращает свое существование со своими следствиями, а на ее место распространяется монархия и следствия присоединяющего государства. Когда часть территории монархического государства получает независимость, т.е. само становится государством, то возможны следующие ситуации. Если создается монархия:
а) уничтожение монархической формы правления бывшей метрополии на данной территории, создание там новой монархической формы правления и, соответственно, новых следствий;
б) возможно оставить монархическую форму правления и создать новые следствия, в том числе и первичное - монарха (государя).
Если создается республика, то на данной территории уничтожается монархия и ее следствия, образуя республиканскую форму правления со своими собственными следствиями.
Монарх (равнозначно ему государь, иногда используют термин «правящий» с добавлением главного звания монарха (английский вариант - queen in her own right), соответственно, если речь идет о супруге с таким же титулом, используется выражение queen consort). Человек, который имеет право стать монархом независимо от колена, но пока не является таковым, называется наследником Короны, наследником престола, действие выражается глаголами «наследовать Корону», «наследовать престол», момент становления монархом - восшествием на престол или принятием Короны. Порядок перехода Короны называется престолонаследием или наследованием Короны. Отметим, что правоспособность монарха возникает с момента восшествия на престол автоматически после смерти или отречения предшественника. Его дееспособность - с момента принесения присяги перед народом (т.е. парламентом, представляющим народ, в Соединенном Королевстве - особым органом). Процедура получения дееспособности монархом называется провозглашением монарха или вступлением на престол, по окончании которой монарх считается провозглашенным таковым и вступившим на престол. Обычно эта церемония, которая устанавливается монархом на основании положения основного и (или) особого закона о присяге. На этой церемонии определенное должностное лицо объявляет монарха таковым. Одновременно с этой церемонией, имеющей вполне понятные юридические последствия, во всех уголках страны соответствующие должностные лица объявляют о смерти или отречении старого монарха и о новом монархе. Одна из них - в столице у главной резиденции монарха (например, в Лондоне о королеве Елизавете II объявили на балконе Букингемского дворца). Сказанное позволяет утверждать, что заявление о том, что «король наделяется правами как бы в результате принятия законодательным органом его присяги», ставится под сомнение.
Монарх - это первичное следствие монархии, обладатель монархии и ее следствий, их реализатор. Поскольку монархическая форма правления охватывает все государство, то следующее ему понятие «монарх» также создается единым для всего государства, олицетворяется в одном лице (примеры существования совместного царствования доказывают это правило). Здесь необходимо различать понятия «монарх» и «монарший титул». Последний является частью вторичного следствия монархии. Монарх может обладать несколькими титулами, в том числе и такими, которые наука традиционно относит к нему. Наоборот, традиционное отнесение титулов к монарху еще не может свидетельствовать о монархии, точно так же и традиционно республиканские названия глав государств не могут свидетельствовать о наличии республики. Если монарх всегда является обладателем титулов как частей вторичного следствия, то обладатель титулов не всегда является монархом.
Вторичные следствия монархии. Их условно можно объединить в несколько групп:
А. Монарх является символом государства, т.е. его олицетворением, воплощением и обладателем (в его особе закрепляется принадлежность на совокупность государства и его частей). Поскольку государство можно определить как совокупность всех его признаков (без какого-либо оно не может существовать), то монарх также является и символом всех этих признаков вкупе и в отдельности каждого. При этом правовой статус монарха представляется единым вне зависимости от вида монархии (иначе под сомнение ставится само определение монархии как единовластия), различия проявляются в способе осуществления тех функций монарха, которые вытекают из вторичных следствий.
В принадлежащей государству территории можно увидеть принцип собственности монарха, который выражается формулой «монарх вне основного и особого закона может делать все, что пожелает». На этой территории осуществляется публичная власть. При этом, например, в Швеции она принадлежит (равнозначно - источник публичной власти) народу, но осуществляется монархом как воплощением, в частности, данного признака. Для осуществления данной власти при монархическом государстве действует аппарат управления и принуждения. Это система органов государственной власти, являющихся органами Короны, которая и возглавляет ее. Государственные служащие действуют именем монарха, т.е. реализуют его функции, являясь служащими Короны. Упорядочивая общественные отношения, монархическое государство осуществляет нормативный порядок регулирования общественных отношений. Способы создания нормы права зависят от вида монархии и связаны с действием «от имени монарха». Для существования монархии необходим государственный суверенитет. В монархическом государстве этот принцип связан с существованием монарха в качестве суверена, т.е. обладателя государственного суверенитета, значит, верховной власти в пределах данного государства, а также самостоятельности и независимости от каких-либо внутренних и внешних сил (отсюда вытекает и принцип независимости монарха). В свою очередь, верховная власть включает в себя государственную власть как свою неотъемлемую часть, а также верховные права на другие виды власти (в том числе и на муниципальную, публичную, родительскую и т.д.). Последний вид власти всегда презюмировался в теории монархии, но в 1996 г. в Соединенном Королевстве приобрел нормативное подкрепление, когда парламент Великобритании фактически подтвердил, что принадлежность верховной власти дает монарху возможность лишать родительских прав. В данный признак обычно включают два монархических правила: формулы о собственности на государство и о том, чтобы в государстве ничего не совершалось против или даже помимо воли монарха. «Считается, что суверенитет нельзя измерить в правах или иных показателях, уменьшить их число или увеличить. Суверенитет - это не права, а их основание, то есть... суверенитет дает право его носителю реализовывать верховную власть независимо и самостоятельно. Суверенитет нельзя разделить, передать часть его другому субъекту, ограничить: он либо есть, либо его нет. Государство может передать любому субъекту по договору, в конституционном или ином порядке часть своих прав, полномочий, но не суверенитета». Государственный суверенитет не стоит путать с национальным и народным. В монархическом государстве государственный суверенитет принадлежит монарху, но при этом не отрицается существование национального и народного. Отметим, что государственный суверенитет (или суверенитет монарха) обычно презюмируется, народный и (или) национальный суверенитет закрепляется. Это происходит указанием на данный вид суверенитета либо это закрепляется различными формулами, в том числе и указанием на принадлежащую им власть (например, указывается, что власть исходит, а равно принадлежит народу, народ - источник власти, имеет верховную власть, которую не стоит путать с верховной властью государства и т.д.). Однако это не государственная власть, а власть соответственно нации и народа. Первая создана для обоснования политико-правового свойства народа, заключающегося в его верховенстве и полновластии в решении внутренних дел и отношений с другими народами (т.е. это внутриорганизационный вид власти, распространяющийся на народ и призванный регулировать его статус). Вторая - для самоопределения народа. Верховная власть государства, т.е. та, которая олицетворяется монархом как сувереном и является олицетворением государственного суверенитета, имеет верховные права на обе эти власти. Таким образом, если закрепляется правило, согласно которому все власти исходят от нации, это нужно понимать как закрепление национального суверенитета, а иначе нарушаются все монархические традиции и монархия не сможет долго существовать в силу нарушения критериев жизнеспособности. Указанные нами правила подтверждает и Конституция Бельгии. В ст. 33 указывается, что «все власти исходят от народа». Если в это понятие включать верховную власть государства, т.е. и государственную власть, тогда эта статья вступает в противоречие со ст. 37, где исполнительная власть передается в принадлежность королю. Кроме того, данные нами правила подтверждаются и Конституцией Российской Федерации, где в ст. 3 разводятся понятия «народ» как источник власти и «носитель суверенитета», т.е. обладатель верховной власти государства, а отсюда и государственной власти, и верховных прав на негосударственные виды власти. Также в английском языке есть выражение для обозначения одной из сторон деятельности суверена: fountain of order и fountain of justice, буквальное толкование позволяет определить, что это не только право, но и обязанность монарха. В силу олицетворения государственного суверенитета и являясь главой государства, монарх выполняет функции верховного представителя народа во внутренних и внешних сношениях. Это связано с исторической персонификацией монарха как отца (матери) нации, персонификатора народа, что обосновывает его право на правление. Также для осуществления своей деятельности государство владеет собственностью. Государственная собственность считается собственностью Короны: «...государство (Корона)... является собственником больших участков земли». Монархическое государство способствует объединению народа. Последнее является выражением формулы «монарх - символ единства нации и соответственно государства, в том числе его территориальной целостности». Лишь на основании данной формулы уже можно говорить о наличии церемониала.

2.2. Организация монархической власти

Период расцвета монархии - это рубеж Нового времени. Именно тогда проявилось отличие монархии от республиканской формы правления, были выработаны важнейшие ее разновидности: монархия абсолютная, неограниченная и монархия конституционная, ограниченная уже общенародным представительством (парламентом).
Организация республиканской власти основана на ее делении. В древности – это власть римских консулов. Консулов было двое, они избирались на один год, причем правили не совместно, а попеременно: по очереди по одному дню. Ярким примером того, к чему приводит такая организация, стала битва при Каннах, когда Ганнибал разбил римлян после того, как Гай Варрон, дождавшись своего дня, бросил неподготовленное римское войско на разгром иберийской коннице карфагенцев.
В Новое время появилась теоретическая основа для такого деления – теория разделения властей, первоначально сформулированная Локком, а потом доработанная Монтескье. Власть делилась между правительством, парламентом и судом, независимыми друг от друга, но, тем не менее, взаимосвязанными и составляющими единое государственное тело.
Этот принцип заложен во многих конституциях, в том числе России и наших ближайших соседей: Польши, Украины, Белоруссии, Литвы и др. Разработчики этой системы полагали, что в борьбе должно рождаться равновесие, однако они не учли, что государство как раз и появилось, потому что не было единства и согласия воль: шла постоянная борьба. В этой войне всех против всех и появилась государственная власть. Ее воля была поставлена в качестве арбитра выше всех остальных мнений и позиций. В этом единстве и заключается смысл и значение государственной власти.
Монархическая власть этим и отличается от власти республиканской. Власть монарха дается Богом, а потому она едина и нераздельна. Как гласили Основные государственные законы Российской Империи: «Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная власть. Повиноваться власти Его, не только за страх, но и за совесть, Сам Бог повелевает».
Власть монарха верховна и едина. Она не ограничивается ни в качестве, ни в глубине проникновения. Всякий вопрос может быть предметом личного рассмотрения монарха, но не всякий становится вопросом его рассмотрения. Это качество Лев Тихомиров назвал царской прерогативой – правом монарха разрешить всякий вопрос по справедливости, минуя законы, данные управительной власти. В этом заключается верховность самодержавия. Монарх существует для того, чтобы народ помнил, что есть гарант спокойствия, стабильности, веры и справедливости. Однако царская прерогатива имеет преимущественно символичное значение, нежели практическое, ибо сложно представить, чтобы один человек физически мог бы разрешить значимую часть споров и конфликтов, возникающих в обществе.
Организация монархической власти представляет собою вертикальный, а не как у республиканской власти – горизонтальный – разрез. Эта организация двухъярусна: собственно монарх, как представитель Верховной власти, располагается на верхнем ярусе, а ярусом ниже находится правительство – власть управительная.
Управляет правительство, Император лишь направляет и координирует его работу, разрешает споры – царствует. Император – стратег, председатель правительства – тактик.
Монарх играет две главные социальные роли в политической жизни общества: роль символа и роль арбитра. Монарх – это образец для подражания, поэтому народы позволяют монархам править собою и судить их. Это возможно именно потому, что монархическая власть воспринимается как священная и нравственная.
Каковы общие черты монархической формы правления независимо от ее разновидностей? Во главе государства находится монарх, который пользуется своей властью по наследству, хотя возможны варианты, когда началу той или иной монархической династии служат выборы (дом Романовых в России). Монарх приобретает власть по принципу крови, наследуя ее по собственному праву («милостью Божией» как обыкновенно указывается в его титуле или в случае избрания - «милостью Божией и волей народа»). Монарх не несет никакой юридический ответственности за свои политические действия – в «Утвержденной Грамоте» от 21 февраля 1613 года на Михаила Федоровича Романова (1596 – 1645 гг.) возлагалась власть «с ответственностью в своих делах перед Единым Небесным Царем». В руках монарха сосредоточена вся полнота верховной государственной власти, монарх выступает источником всякого права, только с его волеизъявления те или иные постановления могут приобретать силу закона. Монарх находится во главе исполнительной власти, от его имени творится правосудие, ему принадлежит право помилования. На международной арене, в сношениях с другими государствами монарх единолично представляет свое государство. Он пользуется титулом (князя, герцога, короля, царя, императора), получает значительное содержание из государственной казны, имеет право на особую охрану.
При неограниченной, абсолютной монархии всеми указанными выше правами монарх пользуется безусловно и неограниченно (отсюда и название), независимо от какой-либо иной власти, при ограниченной – посредством или обязательном содействии каких-либо органов или властей, существующих независимо от монарха. Аристотель в классификации монархий исходил из психологических оснований – монархия из «правильной» формы правления превращается в «неправильную», тиранию и деспотию, если вместо интересов всех монарх преследует личные, корыстные интересы, правит по произволу. Сегодня принимаются в расчет юридические основания. Конституционную монархию подразделяют на дуалистическую (представительную) и парламентарную. И в той, и в другой монарх делит власть с парламентом.
В дуалистических монархиях (Пруссия, Австрия, Италия, Румыния в прошлом) за монархом остаются исполнительная власть, право формировать правительство, назначать и смещать ответственных перед ним министров и иных должностных лиц (губернаторов, префектов и т.п.), ему принадлежат право вето и право неограниченного роспуска парламента. Впрочем, в законодательной сфере право представительного органа гарантируется полномочием вотировать бюджет.
В парламентарных монархиях (современные Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, королевства Бельгия, Норвегия, Швеции) назначенные главой государства министры зависят от вотума доверия парламента, монарх имеет право отлагательного вето и лишь в отдельных случаях, предусмотренных законом, распускает парламент. Повеления монарха приобретают юридическую силу, лишь будучи контрассигнованными соответствующим министром. Правовое положение монарха существенно ограничено. Даже частные вопросы государственной жизни, например помилование преступника, не могут быть решены без согласия парламента. Парламент частично регулирует личную жизнь монарха (брак, дворцовая служба и т.п.). Складывается положение, характеризующееся известной формулой: «Царствует, но не управляет». Сказанное не означает, что фигура монарха становится чисто декоративной. Как показывает опыт последнего времени, монархическую форму правления, считавшуюся в советский период некоей политико-правовой окаменелостью, не следует спешить списывать как безнадежную архаику. Эта форма правления, насчитывающая не одну сотню лет истории, таит в себе немало жизненных потенций. В ноябре 1947 года народ Испании после 16 летнего перерыва, на плебисците высказался за установление монархии. Подобное произошло в 1993 году и в Камбодже, где монархия была восстановлена через 23 года. После распада СССР некоторые страны СНГ подумывают о введении монархического строя (Грузия). В обстановке кризиса, национально-этнических столкновений достоинства монархии все больше привлекают внимание: монарх – «отец нации», «стоит над политическими страстями, не принадлежит ни к какой партии», «неподкупный арбитр в различного рода спорах и трениях». А главное, что особенно привлекает в условиях сепаратизма и центробежных тенденций, монарх – «символ единства нации и стабильного правового порядка». Нередко обращаются к позитивному опыту решения многих проблем, найденному в рамках монархизма: экономики, финансов, жизненного уровня, самоуправления, национального представительства и т.п. “Монархия отличается от аристократии, и от демократии тем, что при них необходимо установление места и времени для того, чтобы создалась возможность обсуждать и принимать решения, то есть реально осуществлять власть, при монархии же такое обсуждение и принятие решений возможно в любое время и в любом месте”.
Таким образом, монархия – это, по выражению философа И.А. Ильина, «органическая» форма правления, требующая религиозных начал, особой общественно-психологической атмосферы и т.д., ее нельзя «вводить» произвольно, «объявлять» монархом случайное или не подготовленное соответствующим образом лицо, монархия как форма правления весьма неоднородна, гибка и изменчива.
Итак, монаршая власть - это верховная власть, следовательно, одновременно исключительно принадлежащая монарху (т.е. монаршая прерогатива), создающаяся для политического процесса и оперативного воздействия. Эти прерогативы изначально принадлежат монарху (изначально могут осуществляться и регентом, и другими специально указанными в основном и (или) особом законе представителями монарха, значит, действующими в соответствии с монаршими инструкциями, в том числе от его имени, т.е. по распоряжению). Личные прерогативы могут быть переданы (опять-таки) на основании личной прерогативы «монарший дар», также теория не отрицает, что самим «монаршим даром» может быть передан royal warrant любому лицу, однако, по нашему мнению, представителям монарха их целесообразнее передавать монаршей инструкцией. Составляющими монаршей власти являются личные и политические прерогативы, а их количество прямо пропорционально виду монархии.
Отметим, что наименьшее число прерогатив монаршей власти, встречающихся в основном и особом законе, - пять: одна политическая прерогатива, т.е. указание на то, что монарх является главой государства, или, иначе, высшим должностным лицом, считающимся верховным представителем государства, три личные - право на священность, право на государственное содержание, часть права на титул. Последнее выражается закреплением дефинитивной или какой-то иной нормой главного звания монарха, которое всегда присутствует в основном законе, как и соответствующее ему название государства (например, король - королевство, император - империя). Кроме того, закрепляется абстрактная, всегда управомочивающая норма, которая позволяет устанавливать личные прерогативы. Сказанное не означает, что в основном и особом законе не могут закрепляться конкретные личные прерогативы. Однако в большинстве случаев это делается для уточнения соответствующей нормы. Например, ст. 113 Конституции Бельгии устанавливает, что «Король имеет право жаловать дворянские титулы, не связывая, однако, с ними какие-либо привилегии». Деепричастный оборот в данном случае является уточнением. Толкуя установленную, в частности, абз. 2 ст. 85 Конституции Бельгии монархию в совокупности со ст. 113, можно сделать вывод о том, что речь идет о конституционных правах и свободах человека и гражданина, недопущении их ограничения у всех граждан и людей в пользу дворянского титула. Ограничения дарования личной прерогативы здесь нет, поскольку в любом случае личная прерогатива остается под контролем монарха. Другая часть нормы - это совокупность двух личных прерогатив: «королевский дар» и «право на титул».
Данные прерогативы делают возможным закрепление в основном или особом законе других прерогатив, полномочий, прав и обязанностей, традиционно относящихся к монарху либо закрепляющихся за главой государства.
Практика свидетельствует, что в основном законе всегда закрепляется право на священность, которое выражается в том, что монарха нельзя ни порицать (т.е. к нему требуется уважительное отношение), ни обвинять, а также право на государственное содержание. В чистом виде право на священность закреплено в Конституции Норвегии (параграф 5). В других основных законах закрепляется его часть - право на неответственность или право на неприкосновенность, а право на священность лишь предполагается либо закрепляется отдельно. В Швеции право на неприкосновенность закреплено параграфом 7 главы 5 Формы правления 1974 г.: «Король не может быть привлечен к ответственности за свои действия. Также не может быть привлечен к ответственности за свои действия в качестве главы государства и регент». Из этого общего правила следует, что монарх не может являться субъектом правонарушения, а значит, «неподвластен» любому виду юридической ответственности.
Право на государственное содержание, которое в основном законе закрепляется бланкетной нормой либо нормой основного закона и бланкетной нормой, не следует путать с правом на цивильный лист. Эти понятия относятся друг к другу соответственно как целое и его часть. Право на государственное содержание включает в себя: цивильный лист (определенная сумма, которая не облагается налогом и дается монарху на личные расходы), иногда в него включают право на комплекс дворцов и замков, передающихся безвозмездно во владение, пользование и распоряжение, право на другие объекты государственной собственности (например, в Соединенном Королевстве - это Королевская эскадрилья, Королевский поезд, яхта) и сумма на их содержание, право на денежную сумму для представительских расходов.
Б. Наследственность Короны (Престола). Здесь определяются положения о переходе Короны и ее следствий от одного обладателя к другому.
Уничтожение монархии влечет за собой уничтожение ее следствий и наоборот (включая части следствий). Однако происходит это не автоматически. Такого рода уничтожение пропорционально затрудняет исполнение монархом своего долга, тем больше условий жизнеспособности монархии не соблюдается. В определенный момент жизнеспособность монархии станет равна нулю, и она исчезнет под влиянием искажения правосознания населения другого государства. Таким образом, условия жизнеспособности занимают определяющее место, а потому для их поддержания и поддержания монархии на должном уровне необходима соответствующая поддержка. Это может, помимо всего прочего, выражаться и в соответствующем воспитании членов монаршей семьи (например, в Швеции все принцы и принцессы должны быть воспитаны в евангелической вере) либо исповедовании соответствующей религии (там, где это существует, в обязанность монарха логически входит поддержка соответствующей религии либо отречение от престола в случае перехода в другую веру).
Остановимся на вопросе осуществления государственной (принадлежность монарху) и иных видов (верховные права монарха) власти. Основной и (или) особый законы, другие правовые акты устанавливают нормы касательно осуществления (но не принадлежности) других видов власти (например, муниципальной, родительской и т.д.). Если создается положение о том, что государственная власть (или ее вид) осуществляется совместно, то пониматься это должно как осуществление этой власти монархом единолично либо государственным органом, государственным служащим и т.д. (правительство, парламент, а, например, в Лихтенштейне - народ) и монархом совместно (от имени, т.е. по распоряжению, монарха). Если положение правового акта указывает на осуществление государственной власти (или ее вида) единолично государственным органом, государственным служащим и т.д., то это свидетельствует о том, что она может осуществляться как монархом, так и государственным органом, государственным служащим и т.д. То есть в последнем примере осуществления государственной власти (ее вида) государственные органы, государственные служащие действуют именем монарха. Если в основном или особом законе вообще не зарезервировано право осуществлять какую-либо государственную власть или какую-либо другую либо указывается на принадлежность монарху, то, видимо, это право принадлежит только монарху исходя из принципа символа государства.
Все вышеуказанные правила должны согласовываться с принципом подконтрольности монарху, приоритетности монаршего правового акта и действия органа и лица в качестве представителя.
Монархия - одно из сложных политико-правовых явлений. Представив основные положения о монархии, те, которые необходимо рассматривать цельно, без разделения, мы убедились в необъятности и перспективности анализируемой формы правления.
Престолонаследие – переход власти монарха от одного представителя царствующего дома (династии) к другому в установленном законом порядке. В настоящее время существуют три основные системы престолонаследия. Салическая система сводится к тому, что наследование осуществляется только по мужской линии. Женщины из круга престолонаследников исключаются полностью (Швеция). Кастильская система не исключает женщин из очереди престолонаследия, но отдает предпочтение мужчинам: младший брат исключает старшую сестру (Великобритания). Австрийская система не исключает женщин, но дает мужчинам и мужским линиям преимущество во всех линиях и во всех степенях родства. Женщины наследуют престол лишь при полном пресечении всего мужского потомства и всех мужских линий.
В некоторых арабских странах существует особая, так называемая «клановая» форма престолонаследия, когда наследника избирает правящая семья через семейный совет.
Другой важной формой правления является регентство (от лат. regere – управлять) – временное, коллегиальное (регентским советом) или единоличное (регентом), осуществление полномочий главы государства в монархиях в случае вакантности престола, продолжительной болезни, малолетства, или временного отсутствия монарха.
В зависимости от принципа наследования власти монархия может быть династической, родовой или выборной.
В династической монархии действует строгий принцип, в соответствии с которым престол передается от отца к сыну или от брата к брату, как это было на Руси.
Гораздо чаще нам встречается родовая монархия, где действует принцип принадлежности к царскому роду. Царь должен был происходить из царского рода, но это вовсе не означало, что он автоматически наследовал престол.
Особая разновидность монархии – выборная, сочетающая элементы монархии и республики. Выборная монархия была в Византии. Она не является редкостью. Например, в Экваториальной Африке до сих пор совет старейшин избирает племенных королей сроком на год, а через год этот совет вновь подтверждает или не подтверждает полномочия избранного короля. В настоящее время выборная монархия существует и в Малайзии, где главой государства является монарх, избираемый на пять лет особым совещанием из представителей монархических штатов, входящих в федерацию.
Основными признаками классической монархической формы правления являются:
– существование единоличного главы государства, пользующегося своей властью пожизненно (царь, король, император, шах и т.д.);
– единоличный глава государства, осуществляющий власть по собственному праву, а не в порядке делегации;
– наследственный порядок преемственности верховной власти;
– представительство государства монарха по своему усмотрению;
– юридическая безответственность монарха.


2.3. Преимущества и недостатки монархии

Монархия, основанная на единстве воли царя, позволяет наилучшим образом уравновесить разнонаправленные стремления людей. Она лишена таких внутренних конфликтов, как неизбежное противоборство фракций в парламенте при республике, она может полностью направлять всю силу в пользу наиболее правильного решения, уравновешивающего мысленные весы общественной жизни.
В силу своей единоличности – раз, в силу своей Верховности – два, в силу своей духовности – три, монархия стоит выше общественных течений и веяний, она независима от политических групп: власть монарха от Бога, и монарх не зависит от воли политиков, олигархов или кланов.
Являясь нравственным авторитетом, монарх способен выступать третейским судьею при социальных противоречиях. Вспомните, например, как своей мужественной позицией поборол попытку государственного переворота в 1981 году испанский король Хуан Карлос I. Стоя выше всех социальных групп, монарх не связан их интересами, а его собственный интерес неразрывно связан с общим интересом народа, отчего он, более чем обе из конфликтующих сторон, заинтересован в компромисс-ном, обоюдовыгодном решении социальных противоречий. Наверное, лучшим подтверждением этому тезису служит то, что даже 27-ой президент США Уильям Тафт признавал именно царское российское трудовое право самым гуманным и честным из современных ему аналогов.
Монархия, повторимся еще раз, есть власть единоначальная. Безусловно, именно такой власти, концентрирующей силу, легче всего провести долгожданные, но болезненные реформы. Республиканский политик на это никогда не пойдет, ибо это, будучи не только выгодным, но и необходимым в долгосрочной перспективе, непопулярно в перспективе краткосрочной, то есть предвыборной. Ради популизма и громких обещаний республиканские политики готовы жертвовать будущим страны.
Монарх не связан четырехлетним сроком полномочий, он не отвечает за свои действия перед подданными, а потому и может рассуждать с позиций вящей целесообразности. Потому и стали возможными кардинальные реформы Иоанна IV Грозного, превратившего удельные княжества в единый организм, Петра I Великого, введшего в русский дом европейскую технику, Екатерины II Великой, упорядочившей жизнь сословий, Александра II Освободителя, преобразившего Россию.
Русский правовед Борис Чичерин выделяли такие преимущества монархии:
1. Ею наилучше обеспечивается единство власти, а из единства власти проистекает ее сила. С единством власти связана также ее прочность.
2. Монархия по независимости своей непричастна духу партий. Монарх стоит выше частных интересов; для него все классы, сословия, партии совершенно одинаковы. Он в отношении народа есть не личность, а идея.
3. В силу предыдущего Монархия наилучше обеспечивает порядок. Монарх есть наиболее справедливый третейский судья социальных столкновений.
4. Нет образа правления более пригодного к совершению крупных преобразований.
5. Крупной личности точно также легче всего проявить на общую пользу свои высокие качества именно в монархии.
Монарх, не связанный групповыми, кастовыми интересами, вынужден искать и находить в обществе талантливых профессионалов и приближать их к себе в качестве ближайших советников. В отличие от власти республиканской, связанной путами кумовства и фракционности. Монарху, в отличие от президента, нужен не исполнитель, но советник, делатель, тот, кто творчески будет реализовывать и воплощать в жизнь общие предначертания монаршей воли.
С этим связано и такое преимущество монархии как глубокий профессионализм: самый монарх с детства воспитывается руководить страною, а затем, не связанный партийными предпочтениями, приближает мудрых профессионалов-советников. В каждой области он, как арбитр, принимает решение, руководствуясь мнениями лучших специалистов. Безусловно, таким образом достигается значительно большая прозрачность и эффективность управления, нежели при народном голосовании, когда некомпетентная толпа решает вопросы, о которых она судит лишь по ощущениям и лозунгам, а не по сути.
Все эти преимущества в совокупности и позволили русской Императрице Екатерине Великой сказать, что единственная цель монаршего правления – видеть народ счастливым, а испанскому королю Карлосу III – что душа короля попадает в рай, когда достигнуто благополучие его подданных. Монархия имеет в самой своей природе залог каждодневной реализации этих слов на деле.
Не лишена монархия и недостатков, однако, как отмечали многие мыслители, те недостатки, которые есть у монархии, у республики проступают в еще большей степени. Что у монархии – недостаток, у республики – неизбежность. Что у монархии – ошибка, у республики – закономерность.
Республиканцы обыкновенно указывают на следующие недостатки монархии:
1. Замещение власти происходит не по способности, а по случайности рождения. Позволим себе возразить: ведь для народа важны не качества монарха как личности, а его качества, как символа и идеи нравственной власти, как символа и олицетворения власти Бога. Монарх не должен быть умнее всех, он должен уметь выбрать, как лицо, стоящее выше внутригрупповых интересов, нужное и правильное и тем осуществить свою санкцию власти, а не самостоятельно изобретать пенициллин – это излишне. Кроме того, когда республиканцы критикуют «случайность» монархической власти, они явно прибегают к своему любимому способу вводить человечество в заблуждение: используют политику двойных стандартов. Не случайно ли происходит, скажем, наследование имущества? Однако почему-то никто не возмущается тем, что сын миллиардера получает богатства отца после его смерти (каждый опасается за свои миллионы или тысячи).
2. Безграничная власть производит плохое влияние на некрепкую душу. Вновь-таки, аргумент лишен основательности и рассыпается, как карточный домик, если присмотреться к нему внимательнее: самодержавный царь – лицо, ограниченное Богом и собственною совестью. Он с детства воспитывается, как Наследник Престола, ему внушается и прививается высокая нравственность и стремление к самому светлому и лучшему.
3. К искушениям власти присоединяется лесть и ухаживанье окружающих. Указывая на такой недостаток, республиканцы явно забывают, что это не признак монархии в частности, но признак власти как таковой. Монархия же из всех возможных форм государственной власти лучше всех от этого недостатка защищена. Монарх с детства воспитывается для управления на добрых примерах и принципах, в то время как в демократиях к власти приходит честолюбец с улицы, склонный служить личным интересам, а не славе Отчизны. Наследник Российского Престола еще в детстве получал все ордена, кроме Георгиевских крестов, дававшихся исключительно за воинские подвиги. Он сызмальства лишается честолюбия и своекорыстия: в них у него нет нужды, в отличие от республиканского выдвиженца. Единственная забота монарха, как отца своего народа, благополучие и счастье его подданных – детей.
4. Монархия легко переходит в произвол. Опять же в республиканских государствах мы можем наблюдать произвол не реже, а во много раз чаще, нежели в монархиях.
5. Монархия всё и всех «опекает», и это ослабляет развитие народа.



Республиканцы, выдвигая такую посылку, услеживают якобы отсутствие у народа при монархической власти личной инициативы, но это опровергается небывалым развитием частного предпринимательства в период самодержавия: Морозовы, Рябушинские, Прохоровы. Проявление благой инициативы не только ни в коей мере не ограничивается, но всячески поощряется монархией.



 Венгеров А. Б. Теория государства и права: Учебник. 2-е изд. – М.: Омега-Л, 2005. – с. 120
 Вот некоторые из них: а) лишь в монархии сложились такие отношения между лидером нации и народом, что может придать уважение лидеру и возможность быть символом стабильности, преемственности, сохранения традиций и моральных устоев, единства народа. Как бы близко к этому ни приближались лидеры республик, там невозможно установить личный контакт с народом, ввести институт подданства; б) в республике (res publicus) отрицается монархический принцип собственности на государство, право на личные прерогативы и особый статус лидера
 Чиркин В.Е. Конституционное право зарубежных стран. М.: Норма, 2005 – с.17
 Крылова И.С. Современная Бельгия: центральные органы власти. М.: Изд-во «Наука», 1972. С. 200
 Иванов С.А. Введение в шведское право. М.: Юридическая литература, 2006. - с. 59.
 Анализ ст. 56 Конституции Испании позволяет установить, что ч. 1 статьи провозглашает Корону символом единства народа: «Король - глава государства, , символ его единства и преемственности: арбитр и гарант согласия в повседневной деятельности государственных органов» - частичное выражение монарха как главы государства, конкретно, как символа существования аппарата управления и принуждения. Следующее положение нормы ч. 1 ст. 56 - это уже политические прерогативы королевской власти. См.: Испания. Конституция и законодательные акты / Пер. Т.И. Ильинской. М.: Прогресс, 1982. - с. 48
 Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 2 / Под ред. Л.А. Окунькова. М.: Изд-во «НОРМА», 2001. - с. 50
 Отметим, что все относящееся к данной форме правления и ее следствиям (например, объект государственной собственности) обычно обозначается термином «принадлежность Короне». Отношения лица с какими-либо следствиями монархии и монархией в целом осуществляются как с монархом. В этом случае здесь употребляется название его титула (Его или Ее Величество), главное звание монарха без его имени, поскольку имя в любых вариациях свидетельствует о монархе как о частном лице. Употребление терминов «престол», «корона» в словосочетании с главным званием указывает на монарха (например, императорский престол, следовательно, монархом является император). На это указывает и официальное название государства (например, королевство Швеция, следовательно, монархом является Король).
 Например, Форма правления Швеции, закрепляя монархию, в частности, в параграфе 5 главы 1, указывает: «Главой государства являются Король или Королева, которые находятся на шведском престоле согласно Акту о престолонаследии». См.: Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 3 / Под ред. Л.А. Окунькова. М.: Изд-во «НОРМА», 2001. - с. 598
 Не стоит к самопровозглашенным приписывать монархии Малайзии, поскольку этот пример существует в силу документов, имеющих юридическую силу. В этом государстве форма правления едина, а султаны получают административное право управления в своих штатах в порядке наследования и особый статус (право нахождения в высших органах власти, особый статус и т.д.). Фактически монархами они перестали являться, когда заключили договор об объединении султанатов в федерацию, поскольку обязаны подчиняться этим органам. Данная ситуация является исключением, возникшим в силу исторических причин стремления к сохранению частичной независимости
 Процедура лишения монарха без его волеизъявления монархии и ее следствий называется низложением или свержением с престола (иногда говорят об отнятии Короны). Если есть его волеизъявление (личная инициатива) - это отречение от престола
 Если в этом случае монархом нового государства становится монарх бывшей метрополии (например, монарх Великобритании для Канады, Австралии и некоторых других государств), то на той территории он не будет выступать как монарх бывшей метрополии, играя роль государя нового государства. Следствия хотя и принадлежат ему, но совершенно отдельны от следствий монархии бывшей метрополии. В частности, титул королевы Елизаветы II как монарха Соединенного Королевства звучит так: «Ее Величество Елизавета II, Божьей милостью Королева Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии и Ее других владений и территорий, Глава Содружества, Защитница веры». Титул королевы как монарха Австралии: «Ее Величество... Божьей милостью Королева Австралии...».//Электронный ресурс, адрес доступа: www.royal.gov.uk
 Для целей настоящей дипломной работы правоспособность монарха - возможность обладать монархией и ее следствиями, а дееспособность монарха - динамическое отражение возможности такого обладания
 Крылова И.С. Современная Бельгия: центральные органы власти. М.: Изд-во «Наука», 1972. - с. 219
 Например, в Объединенных Арабских Эмиратах глава государства именуется «президент», являясь при этом эмиром Дубаи. См.: Чиркин В.Е. Конституционное право зарубежных стран. М.: Юристъ, 2005. -с. 163
 Каримов Д.А. Общетеоретические положения о монархии // Вопросы юриспруденции. Приложение к «Российскому юридическому журналу». 2005. № 2. - с. 25
 Вопросы теории и практики публичной власти: Коллективная монография / Бендюрина С.В., Выдрин И.В., Захаров И.В., Кокотов А.Н., и др.; Отв. ред.: Кокотов А.Н. - Екатеринбург: Изд-во УрГЮА, 2005. - с. 65 - 66
 Это подтверждает ст. 32 Конституции Великого Герцогства Люксембург. См.: Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 2 / Под ред. Л.А. Окунькова. М.: НОРМА, 2001. С. 406
 Иванов С.А. Введение в шведское право. М.: Юридическая литература, 2006 -. 284
 Протасов В.Н. Теория права и государства: Пособие для сдачи экзамена. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрайт-Издат, 2005. – с. 32

 Томас Гоббс. Избранные произведения. Т.1. – М.: Мысль, 1964. – стр. 358
 Лазарев В.В. Общая теория права и государства: Учебник. 3-е изд. перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2001. – 366 стр.

 Для конституционной монархии обоснованием существования этих прерогатив считается утверждение Бэйджгота о влиянии на правительство: «В условиях конституционной монархии... такого рода, как в Англии, суверен обладает тремя правами: правом советовать, правом поощрять и правом предостерегать». См.: Харвей Дж., Худ К. Британское государство / Пер. Л.А. Ветвинского и Т.Л. Ветвинской. М.: Изд-во «Иностранная литература», 1961. - с. 93
 Барихин А.Б. Большой юридический энциклопедический словарь. М.: Книжный мир, 2004. - с. 120
 Звание не стоит путать с титулом. Большой юридический словарь под последним понимает особое звание, включающее в себя торжественное обращение, само звание, иногда торжественную приставку к нему (см.: там же. - с. 636).
 Комментарии данной нормы см.: Гурков Г.И. Государственный строй Норвегии. М.: Государственное издательство юридической литературы, 1958. - с. 22
 Право на неответственность может закрепляться либо прямо, либо косвенно. Последнее обычно выражается введением института контрасигнатуры. Таким образом, норму о контрасигнатуре необходимо толковать расширительно, указывая на институт неответственности монарха, который ею закрепляется. Право монарха на неответственность обосновывается институтом контрасигнатуры, ее нельзя отождествлять с ограничением власти монарха.
 Конституции государств Европейского союза / Под ред. Л.А. Окунькова. М.: Издательская группа «ИНФРА-М-НОРМА», 1997. с. 711
 «Существуют далее монархии и монархические республики, соответственно тому - управляется ли государство одним монархом или же республика политически управляется отдельными личностями, которые фактически правят в качестве монархов». См.: Государственный строй и политические партии в Западной Европе и Северо-Американских Соединенных Штатах. Т. 1 / Под ред. Е. Смирнова. СПб.: Издание Н. Глаголева, 1906. - с. 124
 Об условиях жизнеспособности см.: Каримов Д.А. Теоретические положения о монархии // Российский юридический журнал. 2005. № 2 (в данной статье имеется небольшое фактическое уточнение: вместо «источником государственной власти в Швеции» необходимо читать «источником публичной власти в Швеции»).
 Конституции государств Европы: В 3 т. Т. 2 / Под ред. Л.А. Окунькова. М.: Изд-во «НОРМА», 2001. - с. 369
 Цит. по книге: Опарина М.В. Формы правления в современном обществе. – М: Смарт, 2009 – с.170









13PAGE 15


13PAGE 142915




Заголовок 115

Приложенные файлы

  • doc 1840728
    Размер файла: 216 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий